Евросоциализм: конец или начало?

Современная обеспеченность Европы давно стала предметом зависти не только «братьев наших меньших» с Майдана, но и людей, казалось бы, абсолютно патриотических.

Но больше всего в восхищенных комментариях в адрес Евросоюза упражняются российские «либералы». Мол, вот люди-то живут – и вэлфер, и куча пособий, и бесплатная медицина, и качественное бесплатное образование, и улочки городов с мылом моют! Одним словом, если не рай, то где-то близко…

Но, мало кто знает, как именно Европа пришла к нынешнему процветанию, и какие подводные камни таит социально-экономическая модель ЕС.

Начнем с того, что своим нынешним могуществом Евросоюз  обязан выходцу из Российской Империи Карлу Баллоду.  Этот человек, происхождением из немецко-латышской семьи, и получивший в свое время теологическое образование, в свое время по поручению русского правительства пытался организовать колонию РИ в Бразилии.  Из этого ничего не получилось, и в итоге Баллод очутился в Германии, где принялся изучать самые разные науки, а по возвращению в Россию сошелся с русскими народовольцами.

В 1895 году Баллод покидает пределы Российской Империи навсегда, и прибывает в Германию, где работает сначала в Мюнхенском,  а затем в Страсбургском университете. В 1897 году Баллод получает степень доктора экономических наук, вступает в социал-демократическую партию Германии, и под псевдонимом «Атлантикус» публикует труд «Государство будущего».

В этой книге пастор-экономист описывает идеальное социалистическое государство, его устройство и экономическую модель.

От остальных теоретиков социализма Баллод отличался тем, что первым отказался от популярных на то время взглядов «огосударвствливания» всех сфер жизни. В частности, он пишет так:

«Далее следует вопрос, что собственно предстоит сделать государству? Некоторые социалисты склонны вменить в обязанность обществу решительно всё, даже исполнение всех домашних работ: приготовление пищи, стирку белья, чистку комнат, воспитание детей. Если бы государство должно было исполнять все эти работы, ему действительно пришлось бы доставлять такое большое число рабочих рук, что ни у кого не оставалось бы свободного времени, и утверждение, будто социалистический режим ничем не отличается от порядка в исправительных домах, оказалось бы не лишенным некоторого основания.

Мы поставим государству гораздо более ограниченную задачу: оно обязано заботиться о производстве и необходимых предметов потребления, одежды, питательных продуктов и строительных материалов, о государственных зданиях и средствах сообщения.  Производство предметов роскоши, мебели, постройку частных жилищ, садоводство и огородничество, домоводство, книгоиздательство и печатание газет оно может без всякого ущерба предоставить частной инициативе.

Кроме того, оно не должно отнимать детей у семьи, но обязано только позаботиться о широкой постановке учебно-воспитательного дела. Всякий желающий трудиться должен иметь право требовать и получить работу от государства. По окончании установленного срока обязательной работы, т.е. по исполнении определённого числа нормальных рабочих лет и дней, точно установленных для каждой профессии на основании тщательных исследований, рабочие могли бы получать от государства пожизненную пенсию, обеспечивающую им необходимые средства для существования…

…Тем не менее, и у социального государства есть одна цель, ради которой необходимо допустить новообразование процентного капитала: вознаграждение за важные изобретения и открытия, за выдающуюся государственную или научную деятельность. Но для этой цели нужна относительно очень небольшая сумма, для всей Германии не больше 50-100 млн. марок в год; эта сумма окажется достаточной для большого вознаграждения изобретателей»

Идеи Баллода становятся популярными. Книга расходится по Европе и России, переходит из рук в руки, попадает на глаза таким одиозным личностям, как Ульянов-Ленин…

После смерти Баллода в 1931 году его наследие было на время забыто. Нацисты вычеркнули бывшего пастора из истории, его книги жгли на площадях штурмовики, но…

После Второй Мировой войны начинается процесс объединения Европы, усугубленный Холодной войной. Мало-помалу, но среди европейских элит становится популярной простая идея – чтобы не проиграть СССР и «отсечь»  коммунистическую оппозицию от электората, надо предложить что-то своим рабочим, фермерам и интеллигенции.

И тут вспоминают о Баллоде. Его идеи воскрешают, и пускают в дело.

Евросоциализм начинает свое шествие. Абсолютно «бесцветный», даже без привычных красных флагов с серпом и молотом, он подчиняет себе страну за страной. Вэлфер, пенсия, социальное жилье, бесплатное образование – все это становится привычной картиной в Европе.

Евросоциализм оказался выгоден всем. В отличие от радикального марксизма и коммунизма, он равнодушен к вопросу собственности, даже крупной – главное, чтобы предприниматели платили налоги в  рамках прогрессивной ставки. Евросоциализм равнодушен к церкви –  верующие не подвергаются гонениям, никто не взрывает монастыри и костелы, не расстреливает священнослужителей. Евросоциализм идеально защищает права рабочих, фермеров, служащих –  независимые профсоюзы способны причинять много неприятностей,  как нерадивому частному предпринимателю, так и государственной структуре. Евросоциализм выравнивает уровень жизни в разных государствах, что благосклонно влияет на формирование Европейского Союза и его политическую стабильность.

И главное – евросоциализм служит идеальной компромиссной моделью между либерализмом, социализмом и капитализмом.  Нет голодных, больных, нищих, никто не отбирает собственность, никто не грабит богатых и не третирует бедных  – воистину, рай на Земле.

По крайней мере, так казалось европейцам и тем, кто хотел жить в Единой Европе, богатой и процветающей.

Однако реальность оказалась не такой радужной.

Первая проблема – для того, чтобы хорошо потреблять, надо хорошо зарабатывать. А чтобы хорошо зарабатывать, надо производить и продавать.

А покупателей не так уже и много – Россия, США и Канада, «азиатские тигры», частично – Индия. Понятно, что на фоне санкций, новой «холодной войны» товарооборот с Российской Федераций сокращается, и остается лишь покупатель на противоположных берегах Атлантики.

Американцы не против тесных торговых отношений с Европой, но в договоре Трансатлантической торговли четко прописаны требования к либерализации здравоохранения и образования. Таким образом, Европа стоит на Рубиконе – с одной стороны, 4,5 триллиона долларов товарооборота, с другой – отсутствие таможенных пошлин, монетаризация образования и медицины, что приведет к обострению социальных отношений.  Левые и правые Европы , от «Национального Фронта» Ле Пен до задорных «штрассеровцев» из Германии уже протестуют против ТАФТА, видя в данном договоре попытку «закабалить» континент.

Проблема вторая – евросоциализм, при всей своей мягкости и паневропейскости, сугубо антинационален и антитрадиционален. Для евросоциалиста сирийцы, арабы, негры являют собой «жертв капитализма», которых надо обогреть, накормить, обустроить. И упаси Бог сказать, что «беженцы» насилуют белых женщин, грабят, убивают – вас натурально обвинят в «нацизме».

Сюда же примыкает проблема секс-меньшинств, которые кое-где уже стали  большинством. Ничего личного, но их когда-то угнетали, и теперь белые гетеросексуальные мужчины обязаны за свои налоги искупать вину предков.

Проблема третья – вэлфер стимулирует возникновения целых семейств «потомственных безработных», как приезжих, так и коренных. А содержание бездельников – это, опять же, налоги, налоги, и еще раз налоги.

Таким образом, евросоциализм оказывается перед жесточайшими вызовами.

На данный момент можно утверждать, что европейцы не торопятся расставаться с комфортной жизнью. Даже выгодный контракт ТАФТА, как видим, активно отвергается ЕС именно в силу своих условий в социальной сфере.

Европейцы, не смотря на все проблемы в экономике, не желают отказываться от социальной защищенности. Это факт.

Но и протесты националистов Европы трудно игнорировать. Протестуют традиционалисты, консерваторы, национальные либералы, левые националисты – все неравнодушные.

Протесты левых тоже с каждым днем становятся все сильнее. Парадокс, но…левые критикуют евросоциализм, поскольку считают его слишком «рыночным», эксплуатирующим рабочих и служащих.

И, конечно же, не остаются в стороне либералы – ведь, с их точки зрения, евросоциализм является улучшенной версией рабства, а государство «всеобщего блага» должно быть демонтировано.

Выстоит ли евросоциализм  в новых условиях? Вопрос открытый, и ответ на него даст лишь время.

В любом случае, идея «общего блага» и ее сторонники не сдадутся без боя.