Одной из наиболее важных реформ Петра I была реформа армейская, учреждение армии нового типа, создание полноценного и развитого флота, организация ряда заводов и верфей. Довольно часто это приписывается ему в фактически исключительную заслугу, в то время как это, в общем то, не соответствует реальности.

Как таковая, армия Русского царства была поместно-контрактной. Ядром армии было поместное войско, состоявшее из дворян и детей боярских, за свою службу получавших земли в держание, и в мирное время живших за счёт кормления с определённого поместья, которое в случае особых заслуг на войне могло стать и вотчиной, а в военное время были обязаны выступить вместе с воеводой. Основными недостатками армии данного типа были долгий сбор, отсутствие общей подготовки солдат и офицеров, которая опускалась в руки их самих, проблемы с мобилизацией, когда многие просто не приходили на военные сборы. И, тем не менее, с государства убиралась статья расходов на их содержание, и что в общем то в отношении плюсов взаимосвязано, само войско было весьма большим, притом довольно неплохо показывая себя и на полях сражений.

Читайте также:

Царская Европа. Высшее образование до Петра

Созданное ещё великим князем московским Иваном III, оно помогло завоевать Новгород и объединить большинство великорусских земель, успешно противостоять Литве в её попытках самой объединить Русь, зачастую получая от этих войн территориальные приобретения. Так, многим известна битва под Оршей, в которой московское войско потерпело сокрушительное поражение (хоть и масштабы оного были преувеличены литовской пропагандой), но менее известно то, что ту московско-литовскую войну 1512–1522 годов Литва то проиграла, потеряв весьма значимые смоленские земли, и, собственно, сам Смоленск, который отошёл обратно к Литве (и то, в составе уже Речи Посполитой) лишь по итогам Смутного времени. Что касается численности, то скажем в конце XVI века численность дворян и детей боярских достигала 25 000 человек, а с учётом боевых холопов, которых они обязаны были приводить за, первого за 200 лишних десятин, и ещё одного с каждой сотни, она могла достигать и вовсе порядка 50 000 человек, и всё это — не считая другие рода войск, от городских казаков, до стрельцов и служилых людей пушкарского чина.

Также значимую роль в русской армии играли уже упомянутые стрельцы, бывшие наследным военным сословием, в мирное время жившие в особых слободах, имея в оных определённое имение с огородом, жалование, и при этом в случае войны опять же обязанных поступить в распоряжение местного воеводы. В отличие от поместного войска, которое было преимущественно конным, стрельцы являли собой пехоту. Пушкари же жили в городских слободах, и также получали жалование со стороны государства, участвуя также в ежегодных военных смотрах. В случае войны часть из них поступала в распоряжение воеводы, часть же оставалась в городах для их возможной обороны. Важную роль играло и казачество, выполняя роль иррегулярной армии и охраны русских границ, взамен за что получая землю и определённые вольности. Собственно говоря, было также и уже упомянутое городское казачество, чья роль заключалась в обороне городов и крепостей, которое там же и жило, набираясь добровольно из вольных людей, получавших за то землю, пропитание и денежное жалование, а также льготы в торговом и промысловом деле от государства.

 

В то же время, и что более интересно для нашего исследования, существовали и многочисленные ‘’полки иноземного строя’’, имевшие свою историю от Смутного времени.

܂Именно тогда, на фоне по сути гражданской войны, и того, что множество людей, которые при иных условиях могли бы пополнить войско Русского царства, ныне сражались на стороне противников официальной власти, Москва прибегла к практике найма многочисленных военных частей из Западной Европы. Качество их, однако, далеко не всегда оказывалось достойным подражания. Так, в Тверском сражении 11 (21) июля 1609 года французская и немецкая конницы не выдержали натиска польских гусар, и обратились в бегство, понеся тяжёлые потери. Но атаку поляков стойко выдержала и отразила находящаяся в центре немецкая и шведская пехота. Именно тогда талантливому русскому командующему Михаилу Васильевичу Скопин-Шуйскому и пришла в голову идея организовать русские пехотные части по нидерландскому военному образцу, которым пользовались и шведы. Задумано — сделано, и вскоре в Новгороде было собрано 18-тысячное войско, состоявшее преимущественно из крестьян-ополченцев, командование над которым было поручено бельгийцу на шведской службе, Христиеру Сомме. Обучение велось, прежде всего, военному строю, а также и обращению с оружием. Бойцы также обучались тактике борьбы с кавалерией, подразумевавшей ряд пикинёров, прикрывавших мушкетёров, ну а полевые укрепления были итак широко распространены в русской армии. Армия нового типа одержала ряд крупных побед над поляками, сняла блокаду Москвы, вернула несколько городов, отогнала войска захватчиков и, собственно, уничтожила Тушинский лагерь Лжедмитрия II. Но вскоре пользующийся популярностью в войсках Скопин-Шуйский был отравлен, а армия после его смерти разошлась по домам.

 

Русский национальный герой, Михаил Васильевич Скопин-Шуйский

Первый опыт построения русской армии по западноевропейскому образцу показал себя успешно, но из-за предательского убийства, быть может, самого талантливого русского полководца своего времени, этот опыт не был реализован на все 100. Тем не менее, вскоре к нему пришлось снова вернуться. По условиям всё того же Деулинского перемирия, помимо того, что Владислав сохранял титул русского царя, был потерян и Смоленск с окрестностями, героическая трёхлетняя оборона которого во всё ту же Смуту обошлась столь дорогими потерями. В то же время, Смоленск, и, вообще, Смоленская земля, занимали весьма важное положение. Шутка ли — это и сейчас приграничная c Московской землёй область. А потому, в апреле 1630 года было начато формирование новых полков иноземного строя. Помощь России в этом оказывали Швеция и Нидерланды — по сути, Россия планировала вступить в Тридцатилетнюю войну в качестве союзника протестантской коалиции, взяв на себя часть войск Речи Посполитой, бывшей тогда ещё вполне себе грозным соперником. К слову говоря, участие России, а точнее ‘’великого князя московского’’, было по просьбе шведов отмечено и в Вестфальском мирном договоре, окончившим эту войну.

Так или иначе, руководить новыми войсками стал шотландский генерал на польской, русской, а затем и шведской службе, Александр Ульянович Лесли. С одной стороны, в 1631 году он отправился в Швецию для вербовки солдат, с другой — начал формирование непосредственно русской части нового образца, которая изначально планировалась как состоящая из беспоместных детей боярских, но так как они не проявили к ней особого интереса, вскоре туда стали набирать и стрелецких детей, казаков, других служилых людей и простых вольных, и в результате в Смоленской войне приняли участие оба полка. На декабрь 1631 года в них состояло 3 323 человека.

 

Генерал Александр Ульянович Лесли

Полками командовали 176 начальных людей, преимущественно иностранцев, при этом полки делились на 8 рот во главе с полковником, подполковником, майором и 5 капитанами. В каждой роте служило 200 военнослужащих — 120 мушкетёров и 80 пикинёров. К началу 1632 года число полков возросло до 6, а число служащих в них — до 9 000. В середине 1632 года началось формирование и рейтарского полка из дворян и детей боярских, численность которого к декабрю того же года составила 1 721 человек. Более того, в его составе была также организована и драгунская рота, а вскоре был сформирован и отдельный драгунский полк. Тем не менее, уже в 1634 году война закончилась. Её итог был для России смешанным — с одной стороны, не удалось добиться всех поставленных целей и освободить Смоленщину, с другой — удалось добиться от к тому моменту уже короля, Владислава отказа от царского титула и возвращения двух городов — Серпейска и Трубчевска. Полки иноземного строя были распущены, а иностранцам было предложено либо вернуться на родину, либо остаться на русской службе.

 

Ратные люди солдатского строя, ‘’Учение и хитрость ратного строя пехотных людей’’, 1647 год

Третье рождение полков иноземного строя произошло уже довольно скоро, буквально через 4 года, в 1638 году с целью защиты южных рубежей. Именно с этой целью там были сосредоточены 5 055 драгун и 8 686 солдат Белгородского полка, для чего пришлось провести принудительный набор среди даточных людей (категорий населения, в чьи обязанности также входила и поставка при надобности некоторого числа рекрутов от определённого количества дворов). Служили они только с весны и до осени, а зимой отпускались по домам — в сущности, учитывая специфику ведения войны в регионе, в несении службы зимой особой нужды и не было. Также было сделано и в 1643–1648 годах с жителями ряда других южнорусских сёл, записанных в драгуны. Для понимания — проблема Крымского ханства была настоящей головной болью для царей, и хотя годы сожжения Москвы и битвы при Молодях были далеко, набеги на русскую землю и уводы тысяч людей в рабство, из которых возвращалось только меньшинство, продолжались и по XVIII век включительно. Для обучения туда направлялись русские начальные люди и вооружение.

Во время русско-польской войны 1654–1667 годов полки нового строя так и вовсе стали основной военной силой Русского государства. Солдатские и драгунские полки формировались рекрутским путём и пожизненно, по одному рекруту сначала от 100, а затем от 20–25 дворов, и их бойцы ежегодно получали за это деньги, продовольствие или надел в 12–25 десятин; рейтары формировались из даточных людей, а также из беспоместных и мелкопоместных дворян и детей боярских, также получая за свою службу денежное жалование, а некоторые и поместье. Вскоре из рейтаров были выделены гусары, о которых стоит рассказать подробнее.

В середине XVII века порядка 2/3 командного состава полков нового строя составляли иностранцы, хотя и все они всё равно подчинялись русскому воеводе. В конце 1650-ых, столкнувшись с более качественной шведской рейтарией, произошло изменение и в русской армии, и дворянские сотни были переформатированы в формат рейтарских частей.

 

Упражнения с пикой, ‘’Учение и хитрость ратного строя пехотных людей’’, 1647 год

Фактически, уже в середине XVII века в русской армии использовался рекрутской призыв, и притом как уже и говорилось большую часть самой армии составляли полки нового строя, собственно, и составившие основу новой русской армии при Петре. Таким образом, можно увидеть, что многие реформы, которые приписываются и ставятся в заслугу Петру, были осуществлены ещё при его предшественниках, и, конкретно, собственно говоря, при его отце.

В отличие от солдатских, драгунских и рейтарских полков, формировавшихся по нидерландо-шведскому образцу, гусарские части Русского царства формировались по образцу аналогичных частей Речи Посполитой. Первые гусарские части появились в России в годы Смоленской войны, и комплектовались собственно выходцами из Речи Посполитой. Вскоре по царскому указу была сформирована и сводная шквадрона из гусар, драгун и рейтар. Позже полк был ещё усилен драгунами, и в 1654 году участвовал в сражениях, но, по всей видимости, не оправдал себя, и уже через год пропал из документов, будучи, вероятственно, переведённым в рейтарский строй.

 

Полковник первого русского гусарского полка, Христофор Рыльский

Второе рождение русские гусарские части получили в сентябре 1660 года, когда после поражения под Полонкой князь Иван Хованский приказал выделить из каждого рейтарского полка по 100 человек для рот ‘’гусарского строя’’. При втором формировании гусар, в отличие от первого образца, в них принимались только состоятельные служилые люди, ‘’служилые по отечеству’’. Вскоре были сформированы 3 гусарские роты, которые возглавили список первого новгородского полка рейтарского строя. В отличие от польских гусар, у русских не было ‘’товарищей’’ и ‘’почтовых’’, а командовали ротой ротмистр, поручик и хорунжий.

В первом же сражении, в октябре 1660 года, гусарам удалось дерзким рейдом выйти в тылы польской армии за Днепром, отвлекши тем самым лучшую часть вражеской конницы, и вынудить литовские части отступить к Шклову.

 

Русские гусары

В 1661 году гусары были развёрнуты в полк, и этот полк быстро стал одним из самых образцовых. Так, во время отступления русского войска после поражения под Кушликами, именно гусарам была поручена охрана Государева знамени. А когда за 25 верст до Полоцка, во время переправы, на переправляющиеся русские войска напали литовские части, то путём грамотного манёвра рейтары навели литовцев на поставленную в лесу пехоту, а гусары довершили разгром врага. В дальнейшим полк продолжил своё существование, приняв в частности участие в Крымских походах князя Василия Голицына в 1687 и 1689 годах, и закончив свой боевой путь в Северной войне, когда по итогам всех баталий он был преобразован в драгунскую часть.

На сём рассказ о полках иноземного строя Русского царства можно завершить, и перейти к следующей теме, собственно, к теме военного флота. Ещё в Древней Руси были свои флотилии, но использовались они сугубо как транспортные средства, средства транспортировки армии, и не были собственно флотом в полном смысле этого слова. Первые попытки создать свой военный флот начались при Михаиле Фёдоровиче, когда в 1636 году был построен и спущен на воду построенный по западноевропейским образцам кораблестроителями из Гольштейна корабль ‘’Фредерик’’, ходивший, впрочем, затем под гольштейнским флагом. Однако при походе в Персию, он попал под сильный шторм, был сильно повреждён и посажен на мель, чтобы спасти груз и команду. В дальнейшем корабль был вытащен на расстояние 10 миль от берега, и разворован местными жителями.

Продолжил дело своего отца Алексей Михайлович, когда во время русско-шведской войны 1656–1658 годов (во время которой, кстати, произошло и морское сражение при Котлине, когда отряд из донских казаков, а также новгородских и ладожских стрельцов и просто ‘’охочих людей’’, смог на абордаж взять 3 шведских боевых галеры) были захвачены шведские крепости Даугавгрива и Кокенхаузен на Западной Двине, и боярин Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин основал судостроительную верфь в последнем, переименованном в Царевич-Дмитриев. Было начато строительство кораблей для плавания по Балтике, но по Кардисскому мирному договору 1661 года все завоёванные территории пришлось возвратить, а вместе с тем и уничтожить все построенные корабли. Ордин-Нащокин, однако, не сдавался. Получив царское разрешение, он пригласил четырёх датских кораблестроителей в село Дединово, что на Оке, и зимой 1667-ого приступил там к строительству судов, которым руководил Карштен Брандт, голландец на русской службе, участвовавший также в дальнейшем в строительстве ‘’потешной флотилии’’ на Плещеевом озере. В течение трёх лет работа была закончена, и на воду были спущены фрегат ‘’Орёл’’ и три меньших судна. Однако и тут судьба была не благосклонной к России — на сей раз, фрегат ‘’Орёл’’ захватили, а затем и уничтожили, взбунтовавшиеся казаки Степана Разина, перед тем, конечно же, его разграбившие.

 

Новая эпоха русского флота началась с Петром и в 1690-ых годах, когда ещё до Великого посольства была заложена верфь в Воронеже, и русские суда принимали участие в Азовском походе, и, конечно, основные свершения русских моряков произошли потом, но были они основаны на фундаменте, заложенном ещё до Петра, и до самих петровских реформ.

Как и, по большому счёту, со многими другими реформами и свершениями Петра. И общеевропейские культурные тенденции, и появление и развитие высшего образования, и преобразование в армии и попытки создания своего флота — всё это было и до Петра. Как были и великие свершения: затяжная 25-летняя война с титанами своего времени — Польшей и Швецией, ещё и на фоне угрозы со стороны Крымского ханства и сожжения Москвы, победоносная русско-польская война 1654–1667 годов, возвращение Смоленского воеводства, Киева и Левобережной Украины, начало становления Российской империи, храм Василия Блаженного, и по сей день являющийся визитной карточкой как и Москвы, так и всей России вообще, расцвет самобытного зодчества, покорение и освоение новых земель. Русское царство было полноценной европейской страной, и во многом именно тогда и заложились основы России как империи.

  • Андрей Ольшанский

    «Основными недостатками армии данного типа были долгий сбор», мобилизационные возможности ВКМ/ЦР были весьма высокими, по сравнению с возможностями ВКЛ/РП — вот там, как раз, шляхта собиралась очень долго, Сейм должен был дать разрешение на войну и сборы, магнаты должны были выделить свои личные армии, шляхта подтянуться, фактически — великий князь/король мог сразу же располагать только своим войском, на общие сборы уходили недели и месяцы, у русских таких проблем никогда не было — войска собирались довольно быстро и резво