Итак, под неумолчный говор интеллектуалов, политиков и журналистов о «конце истории», глобальный печатный станок впечатал последние слова почившей эпохи одновременно в миллионы голов по обе стороны рухнувшего железного занавеса. Одновременно с тем, как в миллионы умов по всему миру входила идея о мессианской роли Соединенных Штатов Америки, несущих миру благую весть о новом прекрасном мире, она все более прочно утверждалась и в сознании американского истеблишмента. Рождая новый дух американской политики и скоро отлившись в нескольких чеканных тезисах:

1) Любое правительство, которое не следует единственно верному пути развития равноценно куче пепла истории;
2) С концом коммунизма концептуальной альтернативы либеральной демократии более не существует;
3) Силы глобальной экономики непреодолимы;
4) Экономическая реформа ведет за собой политическую реформу. Свободная торговля, рынки и движение капитала способны демократизировать любую страну в мире.

 

В этих членах нового американского «символа веры», нам, людям, пережившим большевизм, не трудно уловить знакомые обертона… Да, перед нами, по сути, все те же принципы «перманентной революции», правда, перенесенные на либеральную почву и выступающие под ликом «либеральной идеи».

Но столь безапелляционный мессианизм, развернутый в погрязший в тине замшелых и диких предрассудков мир, не мог не порождать насилия. И действительно, не прошло и двух лет после публикации знаменитой статьи, как торжественно провозглашенный КОНЕЦ ИСТОРИИ заиграл новыми воинственными красками.

Уже в 1991-м грянула война в Ираке. Маленькая, победоносная, образцово-показательная, призванная показать всему миру, что гегемон не намерен шутить и собирается всерьез защищать явленные им миру идеалы и свое право гегемона эти идеалы распространять. А чтобы ни у кого не оставалось на этот счет никаких сомнений, завершив войну, победоносный американский вождь, взойдя на трибуну ООН, провозгласит во свидетельство всем народам начало нового «крестового похода» за построение «нового мирового порядка»…

Речь Дж.Буша-ст. в октябре 1991-го в ООН, объявившая США  предводителем «объединенных наций» в войне против «мирового зла» насторожила тогда многих в Америке. Подобным мессианским духом американские вершины власти уже дважды полыхали в ХХ веке: во времена президентства Вудро Вильсона и Франклина Рузвельта. И в обоих случаях Америка оказывалась втянутой в мировую войну…

«Столкновение цивилизаций»

Так завершалась первая сцена драмы Нового мира. Точнее, это была только ее завязка. Теперь же действие начинало развиваться. Как и полагается в хорошей пьесе, второй акт драмы окажется гораздо длиннее, будет раскручиваться неспешно и обстоятельно, но, в то же время, и динамично. И так, последовательно набирая обороты, подойдет к своей кульминации, чтобы вспыхнуть в конце сцены ошеломляющим взрывом…

С 1991 по 1999 гг. США совершат вторжения в Панаму, Сомали и Гаити; развернут войска в Саудовской Аравии; расширят НАТО до границ России; разбомбят Сербию и аннексируют Косово…

К этому времени радужный либеральный цветок Фукуямы казался уже сильно подвявшим, а насущный интерес представлял лишь последний вопрос, пульсирующий в конце его знаменитой статьи: не начнется ли история снова?

И действительно, уже через год после публикации полноценной книги «Конец Истории и последний человек», в журнале Foreign Affairs выйдет  статья, которая не только повторит «эффект фукуямы», но и задаст новый вектор политической мысли. На этот раз свои «пять минут славы» получит маститый гарвардский профессор Сэмюэль Хантингтон, некогда преподававший Фукуяме политические науки.

В своей статье (озаглавленной с тем же осторожным вопросом: «Столкновение цивилизаций?») умудренный профессор, споря со своим юным восторженным учеником, с высоты опыта скажет: нет никаких оснований отчаиваться в том, что мужеству нечего более делать в этом мире. У Америки по-прежнему много врагов…

…«Подобные иллюзии гармонии ненадолго расцветали в конце каждого крупного конфликта в двадцатом веке. Первая Мировая война была “войной, которая положит конец войнам” и установит демократию в мире. Вторая Мировая война должна была, как выразился Франклин Рузвельт, “покончить с системой односторонних действий, взаимоисключающих альянсов и других средств для достижения цели, которые применялись в течение столетий – и никогда не давали результатов”. Вместо этого нам нужно создать “всеобщую организацию миролюбивых наций” и заложить базу “долговременной структуры мира”. Первая Мировая война, однако породила коммунизм, фашизм и повернула вспять длившееся столетие движение к демократии. Вторая Мировая война породила “холодную войну”, ставшую по-настоящему глобальной». – так отвечал Фукуяме профессор. И следовал вывод:  С крахом коммунистической системы история отнюдь не кончается, но на смену борьбе идеологий модерна грядет, возможно, столкновение мировых цивилизаций, в основе которых лежат самобытные религии.

Хантингтон насчитал 8 таких цивилизаций (западная, православная, исламская, синская (Китай), японская, индуистская (Индия), латиноамериканская, и, возможно, африканская), соперничество которых, скорей всего, и составит основу истории ХХI века. «Судя по всему, центральной осью мировой политики в будущем станет конфликт между «Западом и остальным миром»» — резюмировал Хантингтон. Впрочем, еще полный оптимизма конца века, Хантингтон полагал, что соперничество это не обязательно должно перерасти в глобальную войну, (хотя сценарий такой апокалипсической бойни и поместил в конце своей книги, вышедшей через три года после статьи).

Хантингтон лишь предлагал взглянуть правде в глаза и убедиться, что  самоупоение Запада (апофеозом которого стала великая геополитическая утопия «Конца истории») не имеет под собой реальных оснований. Мир вокруг совсем другой. Он не делиться лишь на Запад и не-запад, требующий озападнивания, он действительно глобальный, и стоит не на одной основе универсальной европейской цивилизации, но на нескольких «тектонических плитах» мировых цивилизаций, для которых ценности Запада ничего не значат, или значат довольно мало. И которые при том сильно напирают.

Повсеместно распространенная, статья Хантингтона мгновенно вызвала новый дружный хор голосов, поддерживающих ее пафос: Америка не может позволить себе, утратив бдительность, почивать на лаврах! Необходимо разбудить ее от ее либерального сна!

Да, в отличие от своего восторженного студента, профессор Хантингтон прекрасно понимал значение для мира религиозного фактора. Разумеется, в момент краха идеологий ХХ века, «из под темных вод истории» должны были подняться ее более глубинные смыслы… И новая новая мировая война могла вспыхнуть уже не на основе идеологических, а на основе религиозных и цивилизационных противоречий…

Полноценная книга Хантингтона («Столкновение цивилизаций и переустройство мирового порядка») выйдет в 1996 г. А еще через пять лет правоту Хантингтона впечатляюще докажет сама история…

11 сентября 2001 г. разделит мир на до и после События. На фоне которого (и, словно из голливудского блокбастера, картинки), будет громогласно произнесено имя главного врага человечества: «исламский фундаментализм!», «мировой терроризм!».

11 сентября 2001 г., подобно гласу иерихонских труб, окончательно разрушит цветочные замки прекраснодушного мира Фукуямы (да он и сам отречется от своих прогнозов, которые покажутся уже такими далекими и смешными). 11 сентября станут вратами в Новую эру, началом нового, некалендарного ХХI века, иного, подлинного КОНЦА ИСТОРИИ, грозно встающего за призрачно-мечтательным, нарисованным прозрачной тушью и озвученным воздушными трелями японского соловья. И теперь из оркестровой ямы мирового театра зазвучат басовые обертона древних библейских пророчеств…

Буря в Пустыне

Впрочем, присутствие мощного библейского бэкграунда в перипетиях американской политики ощущалось уже давно. Те пять месяцев, которые отделяли агрессию Саддама от вторжения коалиции Первой иракской войны были наполнены пропагандой весьма интересного свойства. Все это время Американская пресса не уставала представлять Кувейт маленьким героическим Давидом, а Ирак — чудовищным Голиафом, самого же Саддама сравнивая с вавилонским царем Навухудоносором. А американская публика, к тому времени уже два года как накачиваемая идеями мессианского права Америки “исправлять мир, проповедуя ему евангелие свободы и демократии”*, была вполне разогрета, чтобы легко впитать эту пропаганду в суровых библейских тонах. Тем более, что она опиралась на определенные политические реалии. Культурным героем Хусейна действительно был царь Навухудоносор, верный памяти которого Саддам даже отстроил древний Вавилон. К началу американского вторжения, пропагандистская компания достигла необходимого накала, и население Америки горячо откликнулось на призывы прийти на помощь маленькому Кувейту, обороняющемуся от ужасного вавилонского Голиафа.

Как известно, вавилонский царь Навухудоносор некогда разрушил Иерусалим и увел евреев в плен. Хорошо знающие Ветхий Завет американцы легко складывали исторические параллели, и война с Саддамом в их глазах обретала героическую метафору освобождения божьего народа из вавилонского пленения и строительства нового Храма (который, как известно, сегодня снова разрушен и на его месте возвышается комплекс исламских мечетей). Конечно, особенно близка вся эта поэтическая риторика была американским иудеям, согласно воззрениям которых падение Вавилона должно предшествовать открытию «мессианского царства». Но и многочисленные протестантские теле-проповедники (вроде знаменитого Билли Грэма, гуру Буша-мл.) поддерживали тот же мессидж.

Дело в том, что, подобно иудеям, многочисленные американские иудео-христианские секты (особенно, в духе диспернационизма – христианского сионизма) убеждены, что «решающей битве добра и зла» должно предшествовать падение «Вавилона» (то есть, современный Ирак). А «религиозные правые» — серьезная в современной Америке сила. Именно «религиозные правые», поднятые на выборы своими проповедниками, привели в свое время к власти Рональда Рейгана… Итак, религиозные правые Америки, вслед за иудеями, приветствовали войну: пусть Америка поможет Израилю избавится от своих врагов. И тогда наступит время Второго Пришествия и Тысячелетнего Царства…

Так, еще до начала войны, операция в Персидском заливе стала обретать эсхатологический смысл открытия «мессианской эры». К началу же войны религиозная экзальтация достигла пика… Американские политические комментарии из нормальных новостей обратились в подобие стиля библейских пророчеств. Уже само название операции «Буря в пустыне» должно было отсылать набожных американцев к библейской книге Даниила, занимающей в ветхозаветной традиции примерно то же место, что в христианской – «Апокалипсис» Иоанна Богослова (а в иудео-христианской традиции, которой принадлежит подавляющая часть американского общества, она занимает то же место и сейчас).

11 глава Книги Даниила представляет собой пророческое видение всего хода человеческой истории, вплоть до ее последних дней. В стихе 40-м читаем:

«…Под конец же времени сразится с ним царь южный, и царь северный устремится как буря на него с колесницами, всадниками и многочисленными кораблями, и нападет на области, наводнит их и пройдет через них». …И далее: «И прострет руку на разные страны; не спасется и земля Египетская… Ливийцы и Ефиопляне последуют за ним»(Дан.11, 40-41)

Да, сколь бы странным это ни казалось, но сценарий Ближневосточных войн (не только иракской, но и последующих), был как будто прямо списан с этих стихов книги Даниила.

Впрочем, отвлекшись немного от эсхатологии, стоит сказать несколько слов о настоящей подоплеке войны в Персидском заливе, не менее важной в нашем контексте.

Фактическая подоплека войны

Когда, в 20-х гг. ХХ в., на обломках Османской империи, англичане начали выстраивать новую конфигурацию арабского мира, они, руководствуясь своей излюбленной стратегией (каждому государству – свой внутренний этнический конфликт), слили в границах Ирака суннитские, шиитские и курдские земли. Но, главное, эта внушительная страна, с центром в древнем Багдаде, осталась с весьма символическим, в несколько десятков километров, выходом к морю. Всю же стратегическую береговую полосу Персидского залива заняло княжество Кувейт — с конца XIX века, протекторат и военно-морская база Британии.

Разумеется, Ирак никогда не мог смирится с таким положением вещей. К проблеме морских границ добавились большие запасы кувейтской нефти.

Одним словом, Саддам Хусейн, имевший серьезные амбиции на роль лидера региона, не мог не попытаться вернуть Ираку Кувейт. И Американцы это прекрасно понимали. Подготовка Ирака к войне ни для кого не была секретом. При этом, американцы явно поддерживали экономику Ирака, его военную мощь (поставляя ему вооружения) и его политику, демонстративно отказываясь вводить против него санкции. (Одновременно, США предоставили Кувейту технологии бурения наклонных скважин, которые и стали поводом Ираку обвинить кувейтских шейхов в воровстве иракской нефти из приграничных районов).

Сам Хусейн верил, что Вашингтон, будучи противником Ирана и аятоллы Хомейни, является его союзником. 25 июля 1991 г. состоялась встреча Хусейна с американским послом в Ираке, ЭйприлГласпи, окончательно утвердившая его в этих иллюзиях. Гласпи уверила Хусейна (или он так интерпретировал ее слова), что Америка отнесется к вторжению в Кувейт как внутри-арабскому делу и не станет вмешиваться в конфликт. (Дело ЭйприлГласпи даже стало, в свое время, предметом разбирательства Конгрессом США).

Но случилось то, что и должно было случиться. 2 августа 1990г., обвинив южного соседа в воровстве нефти и участии в международном антииракском заговоре, Ирак вторгся в Кувейт. Агрессию Ирака, как и следовало ожидать, немедленно осудила ООН. Ничего страшного для Ирака в этом еще не было. Однако, немедленно на сторону Кувейта встала и Америка. В течении нескольких следующих месяцев Саддам был полностью демонизирован американской пропагандой.

И через пять месяцев, наполненных антииракской риторикой, заручившись санкцией ООН и поддержкой своих союзников, Америка во главе Международной коалиции вступила в войну. С 17 января по 24 февраля 1991 тысяча самолетов, базирующихся на авианосцах и в Турции, утюжила иракские военные объекты и нефтепромыслы (телекартинки с горящими нефтепромыслами впечатляюще иллюстрировали почти апокалиптический характер происходящего)…

Однако, Буш-ст. не решился увязать в Ираке и не дал разрешения на полномасштабную наземную операцию. БААСитский режим Хуссейна продолжил свое существование.

Война между добром и злом

С этого времени мессианский раж прессы уже не сбавлял оборотов. А слова о конце истории наполнялись все более грозным и тяжелым религиозным подтекстом. И 11 сентября 2001г. для взбудораженного «мессианским набатом» американского сознания прозвучало уже не просто как начало «столкновения цивилизаций», но как настоящий звук ангельской трубы, свидетельствующей о близости Судного Дня…

«Идет война между добром и злом!» — восклицал Буш на приеме в Белом Доме для иностранных дипломатов. «Идет война между добром и злом» — повторял он выпускникам военной академии в Вест-Поинте. «Бог на нашей стороне!»… «У вас есть два защитника: Господь Бог и я!» — доверительно сообщал Буш армии и народу.

«Он рассматривает эту войну как крестовый поход, а себя – как проводника Божественной воли», — изумлялись еще сохранявшие трезвость американские политологи (Эндрю Бацевич). Но Божественная воля нуждалась конечно в подкреплении. И оно обрушилось с небес, полыхающих эсхатологическими молниями, залпами пропагандистских зарядов особой мощности: «международный терроризм», «угроза человечеству», «исламофашизм», «мировая война против террора», — все эти чеканные пропагандистские формулы были рождены именно тогда.

Ковровая бомбардировка сознания подкреплялась, разумеется, и непреложными фактами. Перед роковым шагом, ставшим прологом Ближневосточной катастрофе, 75% американских обывателей были уверены, что садамовский Ирак поддерживает Аль-Каеду; более 50% — что Саддам непосредственно отдает приказы Бин Ладену. О несметных же складах с запрещенным оружием на территории Ирака знали все – от президента до домохозяйки…

В 2003-м начнется вторая Иракская война. Пройдет еще немного времени и из ее пожара выйдет зверь, доселе еще невиданный. В считанные месяцы Исламское Государство покроет собой огромные пространства, включая территории Сирии – земли, еще более древней и наполненной вихрями религиозных войн и древней истории, нежели Ирак… А уже в следующей сцене мирового спектакля под названием «Конец Истории» на авансцену неожиданно выйдет мрачный караван персонажей древних исламских пророчеств…

 

Продолжение следует.

 

Связаться с автором

Представляем вашему вниманию главу из книги Владимира Можегова «Технология Апокалипсиса». Автор ищет средства на издание книги. Связаться с автором можно по данному адресу: ilichenator@gmail.com

 

  • Елена

    Граждане, возможно ли серьезно воспринимать материалы авторов, знающих слово «эсхатология», но не знающих правил написания -ться/тся?
    Не знаю, что и сказать… Раньше на олбанском в таких случаях говорили «гореть вам в аду», прости господи.
    Редактируйте уж как-нибудь…