Любой вопрос о противостоянии идеологий стоит начинать рассматривать с баланса сил и имеющихся ресурсов. Мы, традиционалисты, обладаем одновременно малыми силами и безграничными ресурсами. Если наши малые силы сомнений не вызывают, то о ресурсе стоит поговорить подробнее. Наш ресурс – это и есть наша цель. Мы искренне желаем сохранить традиционные ценности наших народов, и обладаем поистине великим преимуществом. Наши идеологические противники стоят на зыбком основании меняющихся интересов глобализации.

Через каких-то лет десять все эти поборники гендерного равенства, 666 полов, ущемления прав белых мужчин будут выброшены на свалку истории. Их заменят борцы за права искусственного интеллекта и ревнители секса с роботами. Наши же ценности не изменятся. Мы ничего не имеем против роботов, но мы выступаем за здоровые семьи. И эту, да и другие позиции, не свернуть. Более того, наши ценности бессмертны пока есть хоть один носитель наших идей. И борьбу за Традицию в условиях нынешней реальности стоит вести на поле культуры. Именно культура сможет нас сплотить и удержать на плаву.

Марксисты, глобалисты и либералы пришли к власти именно через культуру (если угодно «контркультуру»). Они вбивали в головы на уровне эстетического восприятия полезность своих нововведений. Они разрушали привычные границы и установки, подменяя их симулякрами и контрпродуктивными идеями. Мы же, возвращаясь в традиционное русло и применяя новые методы, сможем повернуть античеловеческий молох глобализации вспять.

Мы под собой имеем жёсткий и нерушимый базис. И грех его не использовать. Даже не сегодня, а ещё вчера мы обязаны создавать мощнейший культурный вал, несущий наши ценности на доступном для всех слоёв населения языке.

Отличный пример – это новый фильм про мифическую личность Евпатия Коловрата. С одной стороны фильм выполнен в нарочито аркадной манере. Сюжет поверхностный, никаких подводных камней и тайных смыслов, изображение стремится не к натуральному, а анимированному, действия героев предсказуемы, как предсказуем и исход. Но это не делает фильм плохим. Это укладывает фильм в жёсткие жанровые рамки, но если «300 спартанцев» оставляют впечатление гротескного и извращённого прошлого, то «Легенда о Коловрате» даёт чётко понять «времена были непростые на Руси, но настоящие мужики и честные женщины были и их было большинство».

И подобных картин в разных жанрах следует выпускать много. Ведь тот же Голливуд 50 лет прочно держал в головах образ американца – красивого, успешного, белого, с восхитительной улыбкой. И крушение этого образа произошло тогда, когда массовое сознание американцев захватили малобюджетные арт-хаусные фильмы. Но в этом жанре, как таковом, нет плохого ничего. Только случилось так, что жанр этот служил как контрпропаганда традиционного американца. И уже развратив Америку, эта пропаганда вылилась в массовую мировую культуру.

Но не кино единым жива культура. Сами по себе имперские и христианские символы и стили архитектуры классических европейских городов отрицают античеловеческие глобалистские города-муравейники современности. Архитектура как символ устремления в небо, как символ изящества и величия, как эстетический маркер, вот что мы должны продвигать вперёд.

В середине XX века человечество изобрело огромное количество музыкальных жанров. Но не стили блюз и рок-энд-ролл стали той антикультурной соломинкой, что ломала хребет верблюду европейской традиции. Традиционалисты Европы не смогли поставить себе на службу это новое музыкальное веяние. Лишь только фолк, кантри и слабосильный христианский-рок оказались хранителями традиции в условиях изменения отношения к музыке. Остальные жанры удавалось лишь эпизодически ставить на службу нашим идеалам. Но эпатировать за Традицию ничем не сложнее, чем против. Примером тому может служить и современные шведы-металлисты «Сабатон» и некоторые представители русского рока, изначально очень либерального и деструктивного. Если сегодня Вячеслав Бутусов продолжает петь песни на стихи ультра либерала Ильи Кормильцева, то теперь он со сцены цитирует Библию и Афонских старцев, тем самым вкладывая в головы уже не либеральные ценности. И таких примеров много.

Современные художники обожают инсталляции, переполненные деструктивными рефлексиями и девиациями. «Рваная бумага на полу символизирует мой страх перед отцом-тираном». Но ведь с тем же успехом эти рваные листы бумаги могут символизировать твоё освобождение от деструктивных мыслей лево-либерала и символизировать твоё перерождение из домашнего философа-недоучки в деятельного благотворителя.

Мы, традиционалисты, предпочитаем заниматься «чистыми музейными жанрами» и не думать о том, что они мало востребованы. Человеческая природа такова – искать новые формы. Именно формы, а не смыслы. Ведь опираться  на вечные ценности можно бесконечно, лишь поправляя форму.

Нет, мы не предлагаем отказаться от классического искусства, мы предлагаем вспомнить, что любая классика когда-то была на пике инновации. Но имея в себе созидательный смысл, смогла стать вечной опорной Традиции, став её органической частью. Жёсткой оценке должен подвергаться смысл культурного акта, а не его форма. И тогда мы сможем доносить этот смысл до любого, даже самого слепого и примитивного сердца.