Противостать шествию этой глобальной диктатуры способна только правая антиглобалистская контр-революция. Возглавить новую славную мировую революцию против глобализма и банкократии в глобальном масштабе может сегодня только Россия. Но, конечно, не прежде, чем сама Россия не претерпит преображение, не сбросит с себя иго либеральной идеологии, и не облачится в сияющие доспехи своей вечной идеи.

«Конец истории» кончился – так можно охарактеризовать эпоху, которая началась восхождением Трампа. Конечно, «новая эпоха» случилась не вдруг, подготавливалась исподволь, и до сих пор еще остается не до конца понятным, насколько серьезен «правый поворот», который она провозгласила? Действительно ли перед нами «заря новой эры», или, всего лишь, последняя отчаянная помеха на пути торжественного шествия глобализации?

Но если даже сейчас сильнее ощущение того, что прекрасная «консервативная революция» американских и европейских правых начинает захлебываться, то это, конечно, не значит еще, что наши надежды тщетны. Слишком уж громогласными были и «Брексит», и «вхождение Трампа», переполошившие глобальные элиты, слишком явственным – ощущение вызванной ими электризации воздуха. Кажется, это были те самые «гром и молния», которыми историялюбит отмечать смену своих парадигм.

Современникам трудно бывает поверить в то, что прямо на их глазах рождается новая эра. Что ж, не будем настаивать. История покажет, насколько мы правы в своих надеждах и ожиданиях, расставит все по местам. Мы же хотим вспомнить сейчас те поворотные моменты истории, которые сделали мир таким, каким мы его знаем.

Смены вех

В числе первых из таких великих событий назовем установление Римской империи при императоре Августе.

После убийства Цезаря Рим прошел через настоящий апокалипсис, полный бед и грозных предзнаименований. Четыре его всадника, — наводнение, чума, голод и гражданская война, — едва не свели римский мир в бездну Аида, когда юный Октавиан Август спас вечный город из чудовищной смуты.

Другим, столь же эпохальным, событием, предопределившим следующие 2000 лет мировой истории, стало принятие Римской империей Христианства при Константине Великом и его приемниках.

По-настоящему шокирующее впечатление произвели на современников падение Рима под натиском варваров в начале пятого века, и отречение последнего западного императора в 476г., объявившее о конце античного мира…

Это смутное время (6-8 вв.), в которое христианский Запад переваривал и воцерковлял новый варварский мир, враги традиционной Европы пренебрежительно именуют «темными веками». Оно, однако, заслуживает, гораздо более пристального внимания и оценки. Дело в том, что в тот момент, когда европейский Запад действительно пребывал в хаосе междувременья, Восточная часть Империи не только не прекращала своего существования, но пережила поистине величайшую эпоху культурно-политического расцвета.

Солнечный полдень истории

Фантастический взлет философской, политической и социальной мысли, который в это время пережил позднеантичный греческий мир – стал, несомненно, результатом слияния греческой философской мысли, христианского откровения и имперской идеи Рима.

В мире идей, 5-6 века нашей эры – это, поистине, кульминационная точка высокой античности. Более того, — и мы имеем полное право это сказать, — высшая точка мировой истории вообще.

Такого взлета во всех областях человеческой жизнедеятельности: философии, культуре, антропологии, юриспруденции, социальных и общественно-политических отношениях, — человеческая цивилизация еще не знала и уже никогда не будет переживать. Это время действительно можно назвать солнечным полуднем истории. И, как бы странно ни звучало это для современного уха, но мы не только имеем право, но обязаны это сказать: вся дальнейшая история человечества, в сравнении с временем, о котором мы говорим, была лишь скольжением вниз с ослепительной вершины.

В самом деле, именно в это время были выработаны идеи Личности, Общности (всечеловеческого единства) и  Свободы – та высшая «сингулярность» мира, из которой человечество не вышло и по сей день, и – можно с уверенностью сказать — не выйдет до конца своих дней, какому бы распаду и энтропии не подвергал современный мир явленные тогда открытия,смыслы и горизонты.

Именно в это время творили величайшие философы всей европейской цивилизации: Бл. Августин на Западе и Великие каппадокийцы на Востоке. Именно в это время была открыта Личность, как центральная ось бытия, не детерминированная никакими законами космоса; была открытаСвобода – как способ и пространство божественного существования; была открытаОбщность– как невиданный еще всечеловеческий идеал (единство всего человеческого рода по образу единства Троицы: пусть будут едины, как и мы едины).

Именно в это время создаютсявеличайшие шедевры мировой культуры: тончайшая поэзия духовных гимнов, и таинственная мистерия Литургии, — вероятно, никогда уже более не превзойденные; невероятная по своей силе живопись (сохранившиеся на Синае иконописные шедевры дают возможность ощутить всю эту мощь этой культуры); и, наконец, величайшая архитектура. Собор Святой Софии в Константинополе оставался непревзойденным чудом света почти 1000 лет, вплоть до строительства соборасв. Петра в Риме. НоРимский собор, если и превзошелконстантинопольское чудо в совершенстве форм, остался полон холодной гордости.

В это же время были выработаны величайшие политические и социальные идеи и институты. Среди них идея христианской Империи: один Бог на небе, один император на земле; идея симфонии властей: Церковь и Империя (Патриарх и Император), вместе пекущиеся о духовном и материальном благополучии граждан.

Наконец, в общественно-политическом пространстве было явлено то, что мы можем назвать «византийским социализмом»: обширная крестьянская община, внутренне свободная и защищенная имперской властью от произвола богатых наместников и землевладельцев (подробнеесм. Ф. Успенский, «История Византийской Империи»).

Имперский идеал являл жизнь, обустроенную божественным порядком и наполненную абсолютным смыслом: стремлением земной разрозненности к возвышенному единству.

Мы и сегодня можем оценить это возвышенное единство, запечатленное в литургическом возгласе Патриарха: «Твоё от Твоих Тебе приносим обо всех и за всё», возносящемся под купол Святой Софии, и отвечающем ему ответном токе небесной благодати («милость и истина встретятся, правда и мир облобызаются»), разливающейся по всем широтам и всем землям Империи… Поистине, человеку того времени имперский мир представал как один возвышенный симфонический аккорд, одна запечатленная в вечности икона всеединства.

Разумеется, это былтолько идеал. Реальную жизнь Империи (каквсегда и везде) раздирали бесчисленные противоречия,ереси, склоки,борьба амбиций и самолюбий. (Достаточно сказать, что сам собор Св. Софии был построен на месте чудовищной резни, посредством которой имперские войска подавили гражданский бунт, чуть было не приведший Империю к краху).

Возможно, идеалы были явлены слишком рано… Возможно,  «человеческое, слишком человеческое» в нашем падшем мире и не может не подвергнуть порчедаже самые высокие из них. Однако, речь в данный момент именно о сущности идеалов, а не о их эмпирическом воплощении. И, осмысливая эти сущности, мы можем смело утверждать: философская, общественно-политическая, эстетическая мысль того времени явила предел возможного в нашем мире. Все последующая историячеловеческого духа и мысли была лишь историей упадка.

Итак, достигнув в царствование императоров Юстиниана (последнего – по слову Данте — великого императора Рима) и Ираклия, своего зенита, мировая история начала клониться к закату.

Вниз по лестнице

Великая экспансия Крестовых Походов стала, несомненно, центральным событием европейской истории, самой великой и героической ее страницей. Однако, в сравнении с византийским идеалом, даже она являет собой снижениедуховного модуса. То же, что сегодня принято именовать «Возрождением», точнее было бы назвать катастрофическим обрывом высоких созерцанийЦентральных веков человечества, вырождением христианских идеалов, которые начинаютсвое быстрое и безнадежное погружениев мутный омут гностических учений… 

Реформация Лютера (1517г.) открываетреволюционную эпоху борьбы «нового мира» с миром христианской традиции, эпоху, судорожный вектор которой тянется от кальвинистской Женевы, через американских пуритан Новой Англии, вороватых софистов французского «просвещения», вплоть до квази-философских гешефтов франклино-локковскихи марксистско-ленинских демагогов и их наследников. Вся эта камарилья и привела, в конце концов, мир к сегодняшней его полной общественно-социальной, интеллектуальной и нравственной деградации…

В наблюдаемой нами ныне духовной катастрофе слиты, как в некоей чаше, образы всех предыдущих.Как на восковом слепке, в ней отпечатаны следы всех трех «великих революций», «реформации», «возрождения», вплоть до «первого апокалипсиса» античного Рима…

Сегодняшний всемировой погром всех традиционных человеческих институтов столь всеобъемлющ, что если и есть из него какой-то выход, он должен быть, вероятно, столь же тотален.И если это не Второе Пришествие, то что же? Вероятно, лишь нечто, что ближе всего может быть передано пророчествамипрежних святых, обещавших, что «перед концом будет рассвет». И если миру, на пути его окончательного погружения в первозданный хаос, действительно суждено пережить «последний рассвет», то кто может статьего актором? Не будем ходить вокруг да около, и ответим прямо: наиболее вероятный претендент на эту роль – Россия.

Свет с Востока

Почему именно Россия? На этот счет есть несколько соображений.

Первое. Потому что только в России сегодняможно обнаружить то таинственное «нечто» (дао?), разлитое по ее пространствам, которое заставило некогда РайнераМария Рильке заметить: все страны граничат друг с другом и только Россия граничит с Богом

Второе. Только Россия, как наследница Восточной христианской традиции (следовательно, и восточного мистического богословия), способна восстановить целостную структуру европейской души, в клочья разорванную революциями, реформациями и расколами последней тысячи лет.

Третье. Из всей христианской цивилизации, только Россия сохранила в своих глубинах токосмическое, всеохватное, вселенское сознание, котороепривнесло в мир Христианство, и которое было впоследствии почти полностью утрачено. И это не случайно. С самого своего крещения, Русь настаивала на максимумеХристианства. Это запечатлено и в русском кенозисе (первые святые Борис и Глеб), и в русском всеединстве (стремлении охватить взглядом и мыслью весь мир, всю историю), иее устремленностью к последним рубежам времени.

Начиная со знаменитого «Слова о законе и благодати» митр. Илариона (ок. 1040), Русь как будто не столько живет на земле, сколько завороженно вглядывается в эсхатологические горизонты, где небо соединяется с землей, и гдесгущающуюся багровый закат озаряют зарницы и всполохи молний.

Всю последнюю тысячу лет Русь живет не стоькосегодняшним днем, сколько ожиданием «новой земли и нового неба». Эта духовная мечтательность принесла русским много зла, заводила нас во многиедуховные тупики, но она же и сохранила Русь в изначальной искренности и чистоте ее созерцаний, не смотря на все исторические бездны, через которые ей пришлось пройти.

Наконец, укажем и на русский язык – самый сложный, богатый и таинственный язык современности, уходящий корнями в греческий (у которого во многом заимствует морфологиюи общую структуру) и санскрит – самые философские языки мира, ответственные за постижение тайн мироздания.

Ну, и наконец, последнее соображение: в 90-е гг. Россия уже пережила тот кризис, в который сегодняшний западный мир еще только-только вступает сегодня. То есть, ко всему прочему, мы обладаем еще и тем бесценным опытом, которым более никто в мире не обладает. Не говоря уже о всегда присущем русским качестве – умении выживать в самых невероятных экзистенциальных ситуациях. Поскольку вся история России иесть — перманентный кризис.

Кто возглавит антиглобалистскую революцию?

Итак, подытожим. Сегодняшний мир, как мы его описали, есть мир тотального распада, ответственность за который несет во многом либеральная идеология, как идеология атомизации и власти денег. И  при том, идеология, очевидно до конца исчерпавшая свой ресурс. Но всякая идеология, исчерпавшая свой ресурс, неизбежно стремится к диктатуре. Последней точкой либерализма и станет, вероятно, диктатура, подобная диктатуре кальвинистской Женевы (откуда в сущности, она и берет свое начало), только теперь уже, с намерением поглотить не один швейцарский кантон, но весь мир без остатка.

Противостать шествию этой глобальной диктатуры способна только правая антиглобалистская контр-революция. Самым популярным лицом этой антиглобалистской контр-революции является сегодня Трамп. Однако, те попытки противостоять дальнейшему погружению мира в хаос, которые мы видим в политических заявлениях Трампа или «новых правых» Европы еще слишком недостаточны.

Возглавить новую славную мировую революцию против глобализма и банкократии в глобальном масштабе, по большому счету, может сегодня только Россия. Но, конечно, не прежде, чем сама Россия не претерпит преображение, не сбросит с себя иго либеральной идеологии, и не облачится в сияющие доспехи своей вечной идеи.

А вот какова эта ее вечная идея икакой может стать эта новая идеология, которая способна еще удержать мир над пропастью – отдельный вопрос, заслуживающий отдельного разговора.