В XVIII веке Франкфурт-на-Майне был одним из наиболее развитых в экономическом отношении немецких городов. Еще в 1372 году он получил статус Имперского города, что делало его напрямую подчиненным императору Священной Римской империи. В 1585 году здесь стали собираться купцы для обмена денежных единиц. Так появилась Франкфуртская фондовая биржа, а сам город постепенно стал одним из важнейших европейских финансовых центров. Здесь собирались многочисленные банкиры и менялы, проводились крупные обменные операции.

Амшель Мозес Бауэр был менялой средней руки, державшим в еврейском гетто Франкфурта свою контору под красной вывеской — Rote Schild. Достойным помощником своего отца рос Майер Амшель Бауэр (1744-1812). Он не только помогал отцу в конторе вести дела, но и получал классическое для еврея того времени образование в раввинской школе. Затем Майер отправился по рекомендации отца стажироваться в банк Оппенгеймера в Ганновер, а когда в 1760 году умер отец, Майер Амшель вернулся во Франкфурт и занялся обменом и продажей монет и медалей. 

В кругу любителей антиквариата он быстро получил известность в качестве очень дельного специалиста. Пропорционально известности росло и состояние Майера Амшеля Бауэра, которого все звали Ротшильдом — по имени конторы.

В 1764 году Майер Амшель Ротшильд, добившийся к своим 20 годам уже большого авторитета в среде франкфуртских менял, стал поставлять золото и монеты ко двору князя Гессен-Кассельского дома, правившего территориями по соседству с Франкфуртом. В 1769 году Вильгельм IX, правивший Гессеном, назначил Майера гоф-фактором — главным поставщиком княжеского дома. Фактически в руках Майера Ротшильда оказались все вопросы финансового обеспечения княжеского дома. Это дало Ротшильду новые, прежде недоступные рычаги влияния — уже на политическую жизнь.

Гессенский ландграф Вильгельм IX был очень богатым по сравнению с другими немецкими князьями человеком. Основную часть доходов он получал за счет торговли солдатами. Юношей из крестьянских домов ландграф (как и многие другие немецкие князья) продавал в солдаты тем властителям или в те страны, где был «горячий спрос» на ландскнехтов. Многие столетия Германия торговала собственными людьми, и гессенские князья занимали в списке работорговцев одно из первых мест. В 1785 году Вильгельм IX очень выгодно продал английской короне, нуждавшейся в «пушечном мясе» для войны с североамериканскими колониями, сражавшимися за свою независимость, 17 тысяч (!) немецких солдат. Так он еще больше увеличил свое состояние.

Серьезнейшим ударом для Вильгельма IX стало вторжение наполеоновских войск в Германию. Однако, пока курфюрст скрывался, Майер Ротшильд, управлявший его финансами, смог даже приумножить состояние своего патрона. Например, он оплатил товар деньгами со счета ландграфа и получил большую скидку, избежав рискованных операций по перевозке денег в Англию и во Франкфурт. Блестящая операция принесла Ротшильду большие деньги, причем он смог заработать и на разнице курсов талера, который получал Вильгельм, и фунта, которым платили британцы.

Ближайшими соратниками Майера Ротшильда стали его пять сыновей — Амшель, Соломон, Натан, Кальман и Джеймс. Именно им, прозванным «пятью пальцами одной руки», предстояло в XIX веке укреплять могущество развивающейся финансовой империи Ротшильдов. Пять стрел, скрепленных лентой — это герб клана Ротшильдов, а девиз — «Concordia, Integritas, Industria» (Согласие, Единство, Усердие). Старший сын Амшель Майер Ротшильд возглавил отцовское дело во Франкфурте-на-Майне, Соломон Майер Ротшильд стал развивать австрийский филиал в Вене, Натан Майер Ротшильд возглавил лондонский филиал дома, Калман Майер Ротшильд — неапольский филиал в Королевстве Обеих Сицилий, а Джеймс Майер Ротшильд — французское подразделение дома. Здесь стоит отметить, что кроме сыновей, у Майера Ротшильда были еще и пять дочерей, однако он был принципиальным противником того, чтобы его капиталы попали в руки родственников по женской линии. Эндогамные браки долгое время выступали для клана Ротшильдов в качестве основного способа сохранения богатств внутри семьи.

Именно Джеймс оказался самым успешным среди братьев и после смерти Натана к нему перешло общее руководство финансовой империей Ротшильдов. Джеймс Ротшильд стал активно инвестировать финансы семьи Ротшильдов в транспортную и промышленную инфраструктуру, например — в строительство железнодорожной сети вокруг Парижа и на севере Франции. Вслед за финансовыми успехами к Ротшильдам пришло и политическое влияние. Все они, разумеется, получили дворянство в тех странах, где проживали, и это ввело их в высшие круги Великобритании, Франции, Австрии. В 1816 году император Австрийской империи Франц II пожаловал Ротшильдам баронский титул. Наименее удачным проектом оказался Неапольский филиал Ротшильдов. Его кризис и закрытие были связаны с многочисленными экономическими проблемами и последовавшим за объединением Италии ослаблением позиций итальянской аристократии, которая прежде выступала в качестве главных должников неапольского филиала дома Ротшильдов. В конце концов, неапольский банк Ротшильдов закрылся.

Несмотря на то, что Ротшильды активно действовали в континентальной Европе, их успех во многом определялся именно лондонским филиалом. Связи с Британской империи играли важнейшую роль в росте богатства и влияния клана Ротшильдов. Существует достаточно распространенная версия, выводящая всю деятельность Ротшильдов в их современных масштабах из проектов Британской империи по расширению своего влияния в континентальной Европе и в мире в целом.

Важнейшим событием для роста финансового могущества Ротшильдов стали Наполеоновские войны. Именно в это время окончательно сформировалась связка между Ротшильдами и Британской империей. Лондон поручил Ротшильдам организовать финансовое обеспечение английской армии, размещавшейся в Европе. Ключевую роль в переводе денег играли Натан, руководивший Лондонским домом, и Джеймс (Яков), контролировавший Францию. Последнему британское правительство и обязано успехом гениальной операции. Джеймс Ротшильд представил перевод денег британской стороной как проявление слабости Лондона, поэтому Наполеон и его советники даже не обратили на эту акцию должного внимания. Через Францию, воюющую (!) с Великобританией, Джеймс и Натан Ротшильды сумели перевести деньги в Португалию, которыми затем британская сторона расплатилась за золото, привезенное из Индии.

Деньги Ротшильдов. Откуда у клана такое богатство?

Британское руководство поняло, что Ротшильдам можно доверять самые рискованные операции. Например, уже после того, как Наполеон потерпел поражение и был свергнут, Лондон доверил именно Ротшильдам перевод 120 млн фунтов французской репарации из Парижа в Лондон, Берлин и Вену. Ни один европейский банк в то время не обладал финансовыми возможностями для проведения такой масштабной операции. Деньги Ротшильдов стали играть важную роль в мировой политике. Операции банка приобрели планетарный масштаб, когда Ротшильды проспонсировали правительство Бразильской империи, которое попало в финансовую зависимость от Ротшильдов и оставалось в ней вплоть до прекращения самого существования империи. На деньги Ротшильдов в 1820-е гг. финансировалось и создание независимого греческого государства, которое Британская империя с самого начала старалась поставить под свой полный контроль для обеспечения британского влияния в Средиземноморье. В 1832 г. Ротшильды предоставили заем Греции под английские, французские и российские гарантии. И это — далеко не полный перечень финансового участия дома Ротшильдов в европейской и мировой политике XIX века.

Операции Ротшильдов неизменно совершались в интересах Британской империи. Фактически Ротшильды превратились в главных подставных британских казначеев, которые занимались финансированием тех проектов, которые были политически и экономически выгодны Лондону. С другой стороны, существование клана Ротшильдов позволяло прикрывать финансовые операции и политические вмешательства британской короны. За это Ротшильды вошли в элиту британской аристократии, правда не столько благодаря богатству, сколько благодаря своей долгой и полезной для британской короны службе.

В отличие от многочисленных нуворишей, в первую очередь американских миллионеров, Ротшильды четвертое столетие держат «марку качества», скрывая истинные размеры своих доходов и отказываясь от показной роскоши. По всему миру действуют банки и компании, контролирующиеся Ротшильдами, но при этом сами представители известной банкирской фамилии тщательно скрывают подлинные масштабы своей империи. Причем делают они это не столько по собственной воле, сколько по настоянию британской короны. Ведь в противном случае выяснилась бы роль Великобритании в управлении финансовой системой современного мира, в многочисленных экономических кризисах, политических переворотах и вооруженных конфликтах.

Уже в XIX веке Ротшильды занялись благотворительностью, стремясь обеспечить свой позитивный имидж в глазах европейской, а затем и мировой общественности. Например, Джеймс Майер Ротшильд в середине XIX века начал финансовую помощь палестинским евреям, основав в Иерусалиме медицинский центр — больницу имени Майера Ротшильда. Он же стоял и за созданием фонда помощи вдовам Палестины, построил сиротские и социальные дома для беженцев. Здесь стоит обратить внимание на непростые (внешне) отношения Ротшильдов с еврейским национальным движением в ХХ веке. Большинство Ротшильдов от еврейских проблем и сионистских политических организаций стремилось максимально дистанцироваться. Некоторые из них считали, что сионизм приведет к росту антисемитизма в Европе и негативно скажется на жизни еврейских общин. Лорд Виктор Ротшильд вообще выступал против помощи евреям, пострадавшим от Холокоста. В принципе, в силах Ротшильдов было организовать спасение хотя бы части европейских евреев, но этот вопрос ими так и не был решен, возможно — из-за позиций британской верхушки, в интересы которой до определенного времени входило и усиление нацистской Германии, и ее нападение на Советский Союз, и даже, вероятно, организация холокоста в Центральной и Восточной Европе.

С другой стороны, барон Эдмон Джеймс де Ротшильд возглавил первое поселение еврейских колонистов в Палестине и внес значительные суммы денег для выкупа у Османской империи земель для размещения еврейских переселенцев (теперь эти земли входят в состав Государства Израиль). Кстати, потратил на эти цели Эдмон де Ротшильд более 50 млн долларов, приобретя более 500 квадратных километров земли. Останки умершего в 1934 году Эдмона де Ротшильда впоследствии, в 1954 г., вместе с останками его супруги, были перевезены в Израиль и там захоронены. Эдмон де Ротшильд был и большим ценителем искусства, меценатом.

Когда в Российской империи, вслед за революцией 1905 года, начались еврейские погромы, помощь их жертвам оказал Натан Ротшильд — внук Натана Майера Ротшильда, в честь которого он был назван. Он выделил 10 тысяч фунтов стерлингов, но перечислил их таким образом, чтобы избежать возможных обвинений в финансировании русского революционного движения.

Сдержанная политика Ротшильдов в отношении еврейского движения — еще одно свидетельство в пользу их относительной несамостоятельности. Ведущие игроки дома Ротшильдов опасались проявлять чрезмерную самостоятельность, в том числе и в отношении поддержки или защиты евреев, поскольку следовали в русле политики Британской империи.

Великобритания, по-прежнему играющая колоссальную роль и в политике, и в экономике современного мира, сегодня предпочитает формально оставаться на «вторых ролях». В качестве главного «тарана» англо-саксонского влияния используются Соединенные Штаты Америки, некоторые другие государства, в качестве финансовых инструментов — империи, подобные ротшильдовской. Однако это не означает, что Лондон, игравший важнейшую роль в мировой политике на протяжении многих столетий, вдруг решил ослабить вожжи и добровольно отошел на второстепенные позиции. Просто британская монархия окончательно избрала для себя роль «теневого центра».

В принципе, и британский парламентаризм — один из способов маскировки истинной системы управления британским государством. Нужно быть очень наивным человеком, чтобы полагать, что высшая аристократия Британской империи, столетиями пользовавшаяся всеми политическими и финансовыми благами, допустила бы, чтобы реальные рычаги управления перешли в руки выбранных политиков неизвестного происхождения. Другое дело, если эти политики — «ширмы» для осуществления собственного политического курса. Тогда другое дело. Подобная позиция у британской элиты — и в области управления финансами. Только здесь вместо лейбористов, имитирующих демократию, задействованы Ротшильды — якобы сами создавшие «с нуля» свою империю и действующие исключительно в собственных финансовых интересах.

Источник