Один из главных мифов современного западного общества состоит в убежденности, что представление о верховенстве прав и свобод человека является неоспоримым общественным благом, поскольку максимально соответствует интересам отдельно взятого индивида. Теория прав человека, как и любой этический свод правил, построена на аксиомах – положениях, истинность которых кажется очевидной и принимается без дополнительного обоснования. Аксиомой, лежащей в основании теории прав человека, является убежденность, что права человека суть естественные и неотъемлемые свойства личности, которые не могут быть отчуждены государством. Обратимся к психологическому механизму, который делает привлекательным очевидность подобного утверждения. Это проекция общественных правил на себя, когда каждому предлагается оценить правильность порядка путем сопоставления с собственными чувствами. Индивид выносит вердикт, поддерживающий характер общественных институтов, отвечая на вопрос, – «а хотел бы я быть на месте человека, живущего по таким правилам». Ответ на него предрешен, но не может претендовать на статус обоснованного утверждения. Вообразить себя обществом, в котором группы людей выполняют функции органов, а здоровье отдельно взятой клетки невозможно без здоровья организма – не простая задача. Тем не менее, лишь подобная проекция может быть под стать обоснованию справедливости устройства общества. Общество представляет собой новое качество, в отношении которого действуют закономерности отличные от тех, с которыми сталкивается индивид. Как пример, можно привести устройство живого организма. Его отличительными качествами является способность к обмену веществ и размножению, основанных на химических и физических видах взаимодействия, но не сводящихся к ним. Устройство ДНК, клетки, обмен веществ в органах тела – функции системы, которые не могут быть описаны с помощью химических и физических законов. Евклидова геометрия, гласящая, что через одну точку не могут быть проведены две параллельные прямые, основана на объективном опыте человека, живущего в трехмерном пространстве. Оценка индивидом общества через свои чувства сродни тому, как если бы «очевидность» Евклидовой геометрии оценивалась существом, живущем в двухмерном пространстве. Или логика устройства молекулы подвергалась оценке с позиции «критически мыслящих» протонов или электронов. С позиции естествознания ключевым отличием человека от животного является сознание. Оно формируется в результате развития навыков языкового общения, когда человек научается мыслить символами вместо непосредственно воспринимаемых образов. Качественным признаком, указывающим на формирование языка, является состояние, когда из разрозненных символов, олицетворяющих отдельных объекты, складывается система, где один знак может объясняться через другие. Язык сформировался в результате многовековой практики взаимодействия предков человека, пройдя эволюцию от звероподобных звуков, символизирующих объекты простейшего быта, до сигнальной системы, используемой для стихосложения и философских трактатов. Человек – общественный продукт, появление которого возможно в результате восприятия человеческой особью интеллектуального дара прошлых поколений. Представить себе ситуацию, что автором языка стал одаренный прямоходящий индивид – немыслимо, равно как и представить язык продуктом отдельной семьи. Общество первично по отношению к отдельной личности, которая становится самодостаточной, лишь восприняв тысячелетний багаж рода. Если вообразить фантастическую ситуацию, что все люди в один момент лишатся памяти и языковых навыков, это вернет человечество в звероподобное состояние. Противопоставление верховенства личного или общественного начал необходимо находится на стороне последнего как заключающего в себе природу человека. Личность не может быть независимой от общества, будучи его продуктом, а индивидуальные права и свободы возможны лишь в той мере, в которой они не противоречат здоровью общественного организма. По праву считаться независимыми от общества могут «маугли» – человеческие особи, лишенные воспитания, которые выросли среди животных. В отношении них тезис о верховенстве индивидуальных прав оправдан. Для сознательной личности слова о примате индивидуальных прав и свобод – заманчивая для личного эгоизма уловка, которая искажает истинную природу человека и общества. Отвечая на излюбленный вопрос «прогрессивно» настроенного собеседника: почему человек должен ставить общественные интересы выше личных прав и свобод, следует ответить, что к этому обязывает факт, что спрашивающий в состоянии ходить на задних конечностях, сознавать себя личностью, говорить и рассуждать о природе общества. Названные качества кажутся само собой разумеющимися, которые человек получает автоматически по праву рождения. Тем не менее, этот дар является плодом труда бездны поколений предков человека. Получивший его обязан сохранить условия, которые позволили ему приобщиться к ним, а еще лучше – преумножить и передать новым поколениям. Здоровое общество, способное к самовоспроизводству и процветанию, характеризуется следующими качествами, которые друг с другом органично переплетены: Патриархальной семьи; Нравственных авторитетов и цензуры; Подчиненности личных прав и свобод государству. Продолжение следует. Владимир Блинов Источник
